Пишу этот отзыв через два дня после спектакля, постоянно возвращаясь мыслями к увиденному. Потрясающая пластика и мастерство перевоплощения актеров, режиссёрская работа, свет, звук. 14 февраля думала, что иду на историю о любви, а прожила историю о ценности времени. Спасибо всем причастным за это путешествие в такой противоречивый мир чувств.

На сцене же Воронежского Академического Театра Драмы тонко, нежно, поэтично, многосмыслово и пронзительно была рассказана русская народная сказка "Журавль и цапля" (в пересказе Владимира Даля) от Большого театра кукол из Санкт-Петербурга. Режиссер - Екатерина Ложкина, уже хорошо известная воронежскому зрителю благодаря своей великолепной, не побоюсь этого слова, постановке для всех возрастов "Журавленок и молнии" (писала о ней здесь https://vk.com/wall615431_5463) и истории о собачке Соне, приехавшей к нам с гастролями.
Спектакль "Журавль и цапля" отмечен наградой в номинации «Лучший спектакль. Театр кукол» .
Также самую высокую оценку за свою работу получила художник Марина Завьялова.
Незатейливая и на первый взгляд ироничная история о бесконечно ходивших друг к другу нерешительных птицах, желающих поменять свой семейный статус, приобрела совершенно иное, притчево-философское звучание благодаря творческой команде театра, наполнив произведение из народного фольклора глубокими размышлениями о человеческих судьбах, любви и цене времени.
Кажется, в этом спектакле продумано всё до мельчайших деталей.
Луна, которая то превращается в часы, отсчитывающие секунды, минуты, часы, дни и годы жизни, то в совиный глаз некоего всемогущего наблюдателя, чей взор свыше молча и сурово глядит на все перипетии сюжета о двух существах, что никак не могут найти дорогу друг к другу. Сначала в силу юношеского упрямства, горячности, отсутствия жизненного опыта в вопросе выбора главных качеств в спутнике жизни, самоуверенности, своенравности, легкомысленной убежденности в том, что всё еще впереди. А может, из-за страха больших перемен (знакомое чувство, правда?), из-за которых так и хочется оставить все в неизменном виде, поглубже спрятавшись в свое тихое гнездышко.
Со возрастом, казалось бы, приходит первое осознание ошибок юности, но увы, застарелые привычки и неисправленная гордыня не дают двум героям достичь согласия и желанного сближения.
Тем временем, как за весной - символом молодости, вступает в свои права зрелая осень, так же неумолимо ее сменяет холодная и безжалостная зима старости. Вот и найден, казалось бы, общий язык...Но..жизнь прожита не так, как она могла бы сложиться, только и осталось, что обняться и смотреть на часы, чей ход времени остановить невозможно. Сожаление, грусть о бессмысленно прошедшем, одиночество вдвоем и безнадежное созерцание чьей-то чужой весны, которая возможно пройдет не так печально. В чем-то тонко это перекликается с "Чижиковым горем" Салтыкова-Щедрина.
Очень выразительно подчеркнут переход Журавля и Цапли из одного жизненного этапа в другой. Юные герои - легки, пластичны, щеголеваты, грациозны, будто сошедшие с какой-то японской гравюры. Невероятно красивые костюмы и верное решение отразить этот момент их жизни через перчаточные куклы, сливающиеся воедино с гибким телом актера. Ренат Шавалиев и Джамиля Билялова безупречно передают малейшие особенности изящных "птичьих" движений в период беспечности младых лет. По сути, у них нет слов, рассказчиком на протяжении всей постановки выступает полный житейской мудрости голос заслуженной артистки Республики Калмыкия Валентины Кушиновой. Но здесь язык тела настолько "говорящий", что отражает мельчайшие оттенки чувств, мыслей и эмоций.
Зрелость и старость отданы уже другой системе кукол, которые к концу повествования становятся совсем маленькими, словно угасающий догорающий остаток свечи. Вот только она дарила свет и тепло другим. А во имя чего прошли жизни Журавля и Цапли? Этот застывший в голове немой вопрос вызывает желание многое пересмотреть в собственном существовании. Бегущие стрелки на часах напоминают, что отведенное нам время - не черновик, его не перепишешь. И судьба, откуда-то свыше наблюдая наш путь, выставит безжалостный счет за все сомнения и ошибки, а главное, за то, что на нем не нашлось (или слишком поздно) месту любви.